Семь бед и змеиный завет - Дарья Акулова
– Можно ли простым странниками переждать у вас ночь?
– Сбегаю, узнаю!
Он исчезает, а мы спешиваемся и ведём лошадей за собой под уздцы. Народ готовится, загоняют овец в кошары, убирают инструменты под крышу. Только дети никого не слушаются и путаются под ногами, играя в догонялки, да нас с любопытством рассматривают. Тут из одного дома выбегает тот самый мальчик, а за ним выходит старушка с головой, замотанной в кимешек.
– Да хранит Вас Мать Земля, – говорит Арлан теперь уже ей, прикладывая кулак правой руки к сердцу, а потом кланяется.
– Да убережёт великий Волк, – отвечает она, подходя ближе и тяжело переваливаясь с ноги на ногу. – Что привело вас к нам?
– Ищем ночлег, апай. Всего одна ночь.
Он принимает из руки Нурай фазанов и передаёт старушке.
– Разделим вашу добычу. Конечно оставайся, Волчонок. И ты, и твои спутники. Сейчас попрошу кого-нибудь приготовить вам место. А лошадей можете оставить вон там.
Она исчезает в проёме с нашими фазанами. А мы направляемся к загону для лошадей.
– Ты как? – шёпотом спрашиваю я Арлана. Он напряжён. – По-моему, всё неплохо.
– Пожалуй. – Волк шумно выдыхает. – Давно не видел членов своего ру.
– Всё будет хорошо.
Арлан отрешённо кивает, я больше не налегаю.
Нас отводят в дом к той самой женщине-старейшине. Точнее жене старейшины. Тяжесть низких потолков давит, сразу вспоминаю домики огузов на побережье Арала. Внутри так же мало места, как было и у них. Купол крыши с отверстием, что напоминает мне о родном шаныраке. Девочка, что сидит у огня, уже щиплет одну птицу, вторая лежит рядом. Мы располагаемся вокруг. Я всё поглядываю на девочку: уж больно понурая сидит и всё шмыгает носом.
– Что с тобой? – спрашиваю тихо.
Она не поднимает глаз, молчит, только ещё сильнее начинают вздрагивать её плечи.
– Сестра её пропала, – отвечает за неё старушка.
– Как это? – нахмуриваюсь я.
– Говорила я ей, бестолковой, чтоб смотрела за огнём. Возвращаюсь, ан нет! Не углядела, затушила! Отчитала её как следует. Она выбежала в слезах вся. Должна была вернуться, но нет её.
– Искали? – спрашивает Арлан.
– Искать-то искали. Но ничего не нашли. Ни тела, ни духа. Сгинула!
Старушка всплёскивает руками.
– А баксы-то у нас нет, кто подсказала бы. Она бы её мигом по следам нашла.
Девочка издаёт невнятный протяжный звук и утирает нос грязным рукавом.
– Я помогу тебе.
Я сажусь рядом с ней, беру фазана и принимаюсь за работу.
– За огнём не углядела, говорите… – задумчиво произносит Арлан.
– Так, Волчонок. Ну-ну, хватит хныкать! – Она обратилась к девочке. – Голова из-за тебя уже болит.
Но кажется, девчушке становится чуть легче из-за моего присутствия.
Дело спорится за беседами, мы расправляемся с тушками, и вот уже перед нами вкусный ужин. А после спать укладываемся тут же, у очага. Но я выхожу наружу, чтобы позвать Арлана. Он стоит на краю селения и всматривается в темноту.
– Сейчас огни погасят, идёшь? – спрашиваю, вставая рядом.
Он неопределённо угукает, из-за чего непонятно, утверждение это было или отрицание. Смотрю на него – одна рука подпирает голову, хмурится.
– Что там?
Я перевожу взгляд на чернеющие горы на фоне Птичьего пути111.
– Видишь огонёк? – спрашивает Арлан. – Еле заметный, но если приглядеться…
Я прищуриваюсь. И действительно: трепещет далёкий, будто погаснет вот-вот.
– Вижу.
– Она там.
– Кто?
– Та девочка, что пропала.
Я удивлённо вздёргиваю брови.
– Так далеко? Как?
– Её увела ведьма. Заманила к себе огнём. Возможно, ещё не поздно и девочка жива.
По спине пробегает холодок.
***
При свете солнца тот мерцающий огонёк пропадает. Мы выезжаем рано утром, я и Арлан. Акку мы бы не потащили в горы, поэтому Айдар остаётся с ней. И я прошу Нурай присмотреть за обоими. Без жерёбой кобылы путь даётся легче, мы добираемся к горам уже после полудня. Дальше по склонам приходится подниматься медленней. Пока мы не натыкаемся на старый накренённый домишко.
Арлан ударяет пятками бока Бурыла, тот подрывается вперёд. Мы с Сабазом за ними. Спешиваемся прямо у порога. Арлан, не вынимая сабли, открывает дверь. В нос ударяет запах трав и затхлости. Внутри темно, глаза не сразу распознают очертания полок, стола, и девочки, словно дух парящей посреди комнаты. Волк даёт мне пройти вперёд к ней. Она держит метлу, прищуривается, прикрывая глаза от ворвавшегося света.
– Армысың, – приветствую её я, медленно приближаясь. – Мы пришли тебе помочь.
– Она, – одними губами отвечает девочка, – она может вернуться в любой момент, уходите.
– Не бойся, мы не дадим ей тебя обидеть.
– А ты кто? Почему лица не показываешь?
Я останавливаюсь. Не доверяет незнакомке в капюшоне. Девчушка старше своей сестры, вытянутые конечности и чуть нескладная фигура выдают в ней подростка. Она едва стоит, сжимая бледными пальцами метлу. Одна нога её опутана цепью, что теряется где-то в тенях землянки. Колено второй перевязано.
Арлан старается не делать резких движений, чтобы не напугать девочку, а только периодически оглядывается на лошадей.
– Мы не причиним тебе вреда, – говорю я.
– Тогда зачем оружие? – хмурится девочка.
– Тебе было бы спокойнее, если бы его не было?
Она кивает. Я без раздумий снимаю пояс и кладу на пол.
– Теперь покажи лицо! – требует она.
– Я боюсь тебя напугать, – честно говорю я.
– Ты тоже ведьма?
Арлан говорил, что девочку увела ведьма, жалмауыз кемпир112, вот и подтверждение.
– Нет, я не ведьма. Но магия у меня есть.
– Что ты умеешь?
– Я могу становиться невидимой.
– Врёшь, так не бывает.
– Показать?
Я тут же скрываюсь под покров. Девочка в удивлении раскрывает рот, а я снова появляюсь.
– Видишь? Я могу взять тебя за руку и тоже сделать невидимой. Мы тебя отсюда выведем.
Она топчется на месте, смотря в пол.
– Я не закончила работу. Она будет меня бить.
– Никто тебя бить не будет. Видишь этого парня? Его сабля заточена на таких, как она. Только позволь высвободить тебя.
Я указываю на железное кольцо вокруг её лодыжки. Девочка неуверенно кивает. Я без резких движений подхожу к ней и присаживаюсь, рассматривая.
– Тут нужен ключ.
– Она уносит его с собой, когда уходит.
– Надо осмотреть цепь, – говорит Арлан.
Он подпирает дверь, чтобы не перекрывать доступ света, так как это единственный источник здесь, не считая отверстия в крыше для выхода дыма. А потом подходит к нам, берёт звенья в руки.
– Ты ранена? – спрашиваю у девочки, снова обратив внимание на её перевязь.
Материя выглядит грязной – как бы не было заражения. Девочка молчит.
– Старуха пьёт её кровь, – холодно говорит Арлан.
– Из колена?
– Повреди колено и далеко не убежишь.
– Вчера она унесла в лес другую, – дрожащим голосом говорит девочка. – Со мной будет так же…
Плечи её начинают дрожать от плача, и я прижимаю её к себе.
– Всё будет хорошо, – говорю.
– Нашёл. Нужно ударить чем-нибудь тяжёлым.
Волк встаёт, направляется к двери, но меня вдруг прокалывает насквозь холодом.
– Арлан! – предостерегающе окликаю его я, но вдруг дверь перед ним захлопывается.
Девочка вскрикивает, но я ещё крепче её обнимаю. Ничего не видно. Слышу лязг металла.
– Змейка, спрячься. С девочкой.
Я подхватываю пояс с оружием с пола и скрываю нас.
Воздух в доме будто оживает. Холодный, тягучий и удушающий, лезет вверх, забираясь под одежду, поднимает волосы дыбом. Слышно беспокойное ржание наших лошадей снаружи и тихие всхлипы девочки. Глаза привыкают к тем крупицам света, которым удаётся попадать сюда сверху. В тенях вырисовываются чьи-то человеческие очертания.
– Где она? – шипит ведьма. – Я чувствую её запах. Куда ты её дел?!
Я тяну девочку, и мы отползаем к стене.
– Подальше от тебя, старуха, – слышится из темноты голос Арлана.
– Врёш-ш-шь!
Тень бросается в сторону, к нему. Сердце пропускает удар, но вижу, как его сабля блеснув во тьме, блокирует удар ведьмы.
– Во-о-ор! – возмущается она. – Не твоя, верни!
– И не твоя.
